В эссе «Счастье, занятое у младенца» восточные сказки о Чапоги и Чжан Чэцзы встречаются со славянским сюжетом о Марко Богатом и мировыми мифами о ребёнке судьбы. Это размышление о чужой доле, небесном учёте, богатстве с дурной совестью и младенце, перед которым взрослый мир внезапно держит ответ. Счастье здесь оказывается не собственностью, а испытанием: можно ли жить чужим благословением, не превратив его в кражу, и можно ли убить будущее, если оно родилось бедным?